Кризис добычи нефти в Иране и Венесуэле сыграл в пользу России

Иран и Венесуэла убраны американцами с мирового нефтяного рынка, причем это обстоятельство сыграло в пользу России, считает руководитель специальных проектов Фондов национальной энергетической безопасности Александр Перов.

Иран и Венесуэла наладили танкерное сообщение

История с американской ловлей иранских танкеров завершилась благополучным прибытием первого судна в Венесуэлу.

Администрация президента США Дональда Трампа заочно конфисковала их груз и объявила охоту на эти суда, но, видимо, их никто активно не искал, поскольку окольными путями один из кораблей смог добраться до венесуэльских вод.

Таким образом, не случилось прецедента по захвату корабля с грузом, которое можно было бы трактовать, как прямое пиратство.

Только непонятно, зачем Венесуэле иранские поставки нефти, и вообще, как такая кооперация между Тегераном и Каракасом может помочь этим странам, которые находятся под драконовскими санкциями США и территориально отделены друг от друга.

Против Ирана американцы ведут политику выдавливания Тегерана с мирового рынка, угрожая санкциями всем контрагентам Тегерана, а в Венесуэле в начале 2019 года Штаты предложили альтернативное правительство. Эксперимент с Гуайдо временами напоминает анекдот, но в Каракасе никто не смеется – благодаря этому у Венесуэлы в Великобритании конфисковали часть золотого запаса.

До прихода Трампа к власти Иран и Венесуэла являлись крупными производителями нефти. В обоих государствах и до санкций были проблемы, но из-за действий США они многократно усилились, а их нефтяная добыча была сведена на нет.

Теперь они пытаются сообща преодолеть последствия американских санкций, но на самом деле мало что могут сделать.

Иран и Венесуэла находятся в сложном положении

«Если мы посмотрим на предыдущий опыт, то Иран сумел выжить в период международных санкций ООН. Тегеран тогда лишился инвестиций в нефтегазовую сферу, а проблемы его экономики многократно усугубились», – констатирует Перов.

Для решения своих проблем Иран реализовывал контрабандные продажи нефти, а одним из его покупателей является Индия. Так иранцы дотянули до заключения в июле 2015 года «ядерной сделки», которая сняла проблему международных санкций.

После прихода Трампа события пошли вспять, а политической мотивацией для США является поддержка Израиля на Ближнем Востоке.

«В случае с Ираном контрабандные поставки продолжаются – тем более это не санкции ООН, а ограничения США. Что касается Венесуэлы, то нефтяная добыча в этой стране также не обнулилась полностью. Некоторые объемы нефти венесуэльцы добывают для внутреннего потребления – схожая ситуация существует в Иране с газом», – резюмирует Перов.

Эксперты оценивают уровень добычи в Иране в 100-300 тысяч баррелей в сутки. Это минимальный показатель, который говорит о кризисе всей отрасли. Это сильно повлияло на экономику — ВВП Ирана в последние годы упал чуть ли не вдвое.

«Ни о каком развитии в подобной ситуации говорить не приходится. У таких стран как Венесуэла и Иран нет технологий и оборудования для поддержания добычи на приемлемом уровне. Выжить они смогут, но какой ценой», – заключает Перов.

Добыча нефти в Венесуэле падала и до американского эксперимента с Гуайдо. Если в 2017 году она составляла 2 млн баррелей в сутки, то в 2019 году снизилась до 650 тысяч баррелей в стуки. Текущим летом данные цифры упали практически до нуля.

Причиной этого процесса является уход иностранных партнеров – в Венесуэле до последнего работала «Роснефть», но и ведущая российская компания была вынуждена оставить эти проекты, которые по большей части имели политическое значение.

В Венесуэле большие запасы углеводородов, но стоимость их добычи крайне высокая. Для того, чтобы этот процесс осуществлялся в приличном объеме, в эту страну должны прийти ведущие компании с передовой технологической базой.

Давление США на Иран и Венесуэлу стабилизировало рынок

«Учитывая современную ситуацию на нефтяном рынке, давление США на Иран и Венесуэлу пошло другим странам в плюс. Сначала выпала Венесуэла, затем Иран обнулился из-за санкций США. Все это в значительной степени помогло другим производителям, включая соглашение ОПЕК+, которое стало реакцией на ситуацию с ценами и энергоресурсами», – констатирует Перов.

До «коронакризиса» данное обстоятельство помогало ОПЕК+ лимитировать ограничение по добыче, поэтому политика Трампа против Ирана и Венесуэлы косвенно помогла другим игрокам мирового нефтяного рынка.

«Цены на нефть в 2017-2019 годах были стабильными, причем во многом из-за ухода с рынка ливийской, иранской и венесуэльской нефти. Каким-то образом это смогло вытянуть нефтяной рынок», – резюмирует Перов.

До 2020 года Всемирный банк и МЭА постоянно рапортовали, что рост потребления нефти в мире будет снижаться из-за того, что мировая экономика входит в кризис, но в реальности котировки держались до разрыва соглашения ОПЕК+.

После этого мартовского события цены на нефть обвалились до 35 долларов за баррель, на что затем наложился «коронакризис», который создал как новый вариант соглашения ОПЕК+, так и новую реальность на энергетическом рынке.

«Россия справедливо возмущается американским давлением на Венесуэлу и Иран, но с точки зрения нефтяных цен в 2017-2019 годах это оказалось нам выгодно, поскольку американцы убрали с рынка конкурентов», – заключает Перов.

Вам также может понравиться